Среда, 28 февраля 2024 20:50

Прародитель

Автор
Оцените материал
(1 Голосовать)

 

Навеяно средневековыми событиями

rod 1

«Он показал индейцам, как сражаться, научил их строить крепости и бастионы. Таким образом, ведя себя как индеец, он заработал себе отличную репутацию, и они женили его на очень высокопоставленной даме, от которой у него были дети… Он сделал себе татуировку, отрастил волосы и проколол уши, чтобы носить серьги, как принято у индейцев».

— Диего де Ланда[1]

Интересно, много ли современных тинейджеров, или по-нашему, без модных иностранных заимствований, подростков − парубков[2] читали или хотя бы слушали, в аудио-формате, роман Генри Райдера Хаггарда «Дочь Монтесумы».

Много лет тому назад, я, выпросив на пару дней, у знакомой библиотекарши, зачитанную до дыр и потрёпанную до невозможности, книгу, стал свидетелем удивительных приключений героя романа Томаса Вингфилда, который уехал на Пиренейский полуостров, чтобы отомстить убийце своей матери, но оказался на другом конце света, где вместе с ацтекскими боролся с захватчиками на руинах Теночтитлана. Поклялся в верности девушке по имени Лили, а стал мужем индейской принцессы Отоми, чья огромная любовь спасла его от смерти на жертвенном камне.

Вернув в положенный срок роман, я стал размышлять − выдумал ли всё этот автор, или у Вингфилда был реальный прототип? Ответа на тот, давнишний вопрос я не знаю до сих пор. Но вот об удивительной судьбе одного жившего много веков назад европейца я хочу вам поведать.

***

Информации, когда родился будущий еврей-супермен по имени Гонсало и по фамилии Гереро, я на просторах Всемирной паутины не отыскал, а вот место рождения нашёл − маленький городок Палос-де-ла-Фронтера, затерявшийся где-то на юге Испании. Вездесущая инквизиция крайне предвзято относилась к евреям, даже и обращённым в христианскую веру. Поэтому у юноши был лишь один вариант в выборе будущей профессии − служба королю, то есть, армия.

***

К концу второго десятилетия своей жизни он уже прекрасно владел всеми видами холодного, (да и горячего тоже) оружия. Был на хорошем счету у командиров (следовательно, обладал надёжной защитой от вездесущих церковных ищеек) и лихо сражался в последних боях реконкисты.[3]

Мадрид. 1492 год. Таверна на окраине города

− Эй, хозяин, дьявол тебя побери, шевелись живее, − хорошо одетый кабальеро[4], снял с головы шляпу и ловко закинул её на, торчащий из стены, крючок, − всем вина! Я угощаю! Пьём за победу! За полное и окончательное изгнание ненавистных мавров. Нет, для начала, выпьем за Фердинанда Второго, Арагонского и Изабеллу Первую Кастильскую. За нашу большую, непобедимую и единую Испанию!

Час спустя

− Бродяги, − кабальеро сделал жест, призывающий всех, сидевших за столом придвинутся к нему поближе:

− Да поймите же, выпивохи. Ваши услуги нашим правителям больше не требуются! Не с кем тут, на полуострове воевать! Мы всех победили, теперь по домам. Портняжничать, шорничать, пасти овец и разводить быков.

Вы хотите выращивать быков?

− Нет, − хором ответили два десятка любителей халявной выпивки.

− Тогда слушайте сюда, − рыцарь перешёл на шёпот, − когда закрывается одна дверь, обязательно открывается другая! Кто-нибудь из вас слышал об итогах экспедиция Колумба?

Посетители таверны пожимали плечами и разводили руки в стороны, качая головами.

− То-то же. Он открыл новый путь в Индию. В землях полным-полно золота, драгоценных камней, ну и прекрасных мулаток, конечно, тоже!

Я набираю людей в свой отряд. Есть желающие отправиться к чёрту на рога, и увидеть земли Нового Света?

1511 год. Америка. Район близ Санто-Доминго

Герреро уже занимался обычным для конкистадоров делом: на испанских кораблях плавал вдоль побережья Америки, и грабил местных аборигенов, набивая трюмы золотом и серебром.

По вечерам, выпив бутылку, другую, третью, мечтал, что скоро вернётся в Испанию, купит приличный дом, женится и, наконец, сможет жить богато и счастливо, став уважаемым человеком.

***

В тот злополучный вечер Гонсало качало из стороны в сторону сильнее обычного, и причина была не в большом количестве влитого в себя алкоголя, а сильнейшем шторме.

− Ты как хочешь, а я отправляюсь на палубу. Завалюсь в шлюпку и буду там ждать прихода костлявой с косой, − проорал он в ухо сидящему рядом товарищу, − сдаётся мне, что наш патер[5] Жеронимо де Агиларом нагло врёт, утверждая, что никаких туземных богов не существует, а есть только наш, всемогущий Иисус. Выходит, что они существуют, и сговорились все разом, чтобы разбить в щепки наш корабль и отправить всех нас на корм рыбам.

Минуту спустя рухнувшая корабельная мачта крепко ударила его по голове, однако Гереро, превозмогая дикую боль, всё же сумел добрести до спасительной шлюпки, в которой уже находилось полтора десятка человек.

***

Потопив корабль завоевателей, индейские боги не успокоились. Целых две недели, переполненную лодку носило вдоль побережья Юкатана. Кончился запас пресной воды. Люди умирали один за другим. Наконец, течение прибило их, с трудом держащуюся на плаву шаланду, к берегу.

Однако беды измученных и изголодавшихся людей на этом не закончились. Их заметили жители страны Чактемаль, осколка некогда могущественной империи Майя.

***

Участь пленных испанцев была ужасной. Местный правитель Начан-Кан, дабы задобрить богов велел половину чужеземцев немедленно принести в жертву. Остальных посадить в клетки для дальнейшего определения их участи.

***

Оставшимся в живых повезло, ибо местные потомки майя, в отличие от соседних − ацтеков, людскими жертвоприношениями не злоупотребляли, и через некоторое время, потеряли к пришельцам всякий интерес.

***

Испанцы организовали побег, но, не зная местности, далеко уйти не смогли.

Вскорости их поймали. Избили и попытались использовать в качестве рабов. Не получилось. От постоянного недоедания и тропических болезней отправились в мир иной почти все.

Выжили лишь двое: монах Жеронимо де Агилар и… еврей Гонзало Герреро.

rod 2

***

− Молись! Беспрестанно молись нашему Иисусу, всемогущему и милосердному. Бог тебя непременно услышит и освободит! − наставлял Жеронимо Гонзало, стоя в углу комнаты, и отбивая поклоны.

− Учи язык мая, вникай и перенимай их культуру. Мы с тобой уже не пленники. Нас не держат в клетке, можем свободно ходить по селению. Что тебе стоит сделать на лице татуировку, такую как у меня. Пробей себе перегородку в носу и воткни туда нарядную деревяшку….

− Господи вразуми неразумного. Он сошёл с ума. Прицепил в уши серьги, отрастил волосы, разговаривает с неверными на их языке. Совсем мозги потерял, − монах продолжал отбивать поклоны пустому углу комнаты.

− Если хочешь, оставайся здесь, а я иду вместе с индейцами на озеро. Сегодня день ритуальные омовения вождя Начан-Кана. Хочешь выжить, стань таким, как они, − произнеся это Гонзало поднялся с пола и покинул хижину.

***

То, что случилось, на озере позволило испанскому еврею не только завоевать почёт и уважение местных жителей, но и стать одним из вожаков.

В тот момент, когда обсыпанный с ног до головы золотым песком, Начан-Кан, окунулся в священное озеро, на него напал аллигатор. Стоящие на берегу люди оцепенели от ужаса. Не растерялся лишь Герреро. В два прыжка он оказался рядом с вождём и голыми руками забил насмерть большую рептилию.

Его поступок был оценён по достоинству. Вечером того же дня было объявлено, что отныне бледнолицый уже не чужак, а их соплеменник и назначается командиром небольшого отряда.

***

И Гонзало старался оправдать оказанное ему доверие. Учил своих подчинённых всему тому, что знал сам. Как мог, объяснял индейцам, что такое тактика и стратегия, а вокруг столицы, города Чактемаль были возведены самые настоящие фортификации.

Вскорости «белый маршал» подвергся обряду бракосочетания. Один из вождей отдал ему в жёны свою дочь, принцессу Зазил-Ха. И в положенный срок, у четы родились трое здоровых наследников-метисов.

***

Молитвы монаха Жеронимо де Агилара в конце концов были услышаны. Всевышний смилостивился над ним и послал ему избавление.

1519 год.

Конкистадор Эрнан Кортес начал свой стремительный поход на земли индейцев. И за два года стал всевластным правителем огромной территории.

Однажды лазутчики донесли ему, что в одном из майянский селений, совершенно свободно живут два его соплеменника.

Кортес собрал большой отряд и не мешкая лично отправился в Чактемаль. Завидев издалека закованных в железо испанцев Жеронимо, тут же бросился обнимать их, плача и благодаря Господа за чудесное освобождение из многолетнего плена.

Но все просьбы монаха посадить его на первый, корабль, отплывающий в Испанию, остались без внимания. Знаменитый завоеватель приказал оставить де Агилара при себе, в качестве переводчика.

По-иному происходила аудиенция с Гонзало Герреро. Никакой радости от встречи с земляком тот не испытывал:

− Я живу с индейцами уже много лет. Женат на местной женщине, которая родила мне троих детей. Индейцы называют меня касиком[6] и я командую отрядом, когда идёт война между племенами. У меня, как здесь и полагается, сделаны татуировки на лице и проколоты уши.

Только представь, что будут кричать мне вслед испанцы, появись я в таком виде на улицах городов полуострова? Поэтому позволь мне остаться здесь и остаток моих дней прожить с этим народом.

rod 3

***

Трижды посылал Кортес своих посланников в дом Герреро.

И каждый раз они возвращались ни с чем. Гонзало повторял им всё то, что говорил Эрнану при их личной встрече. Ссылался на свой нынешний внешний вид, на семью, на клятву верности, данную им местному правителю.

В четвёртый раз он вообще отказался встречаться с испанцами. Вместо него из дома вышла Зазил Ха: «Зачем этот раб пришёл сюда разговаривать с моим мужем – уходи и не приставай к нам больше ни с какими словами!»[7]

Семнадцать лет спустя.

Конкистадоры, привыкшие к лёгким победам над местными воинами, в землях Чактемаля неожиданно встретили серьёзное и хорошо организованное сопротивление.

Помощники Кортеса Педро де Альварадо и губернатор Панамы Педрариас требовали от своих подчинённых захватить предателя Гонзало в плен.

И однажды им удалось напасть на его след. Но Герреро, после падения города, возглавивший партизанские отряды майя, живым не сдался.

Его прямо в сердце поразил заряд из аркебузы[8] изготовленный в далёкой, некогда родной, Испании.

Наши дни

Современные мексиканцы поставили Гонсало Герреро многочисленные памятники и считают его национальным героем.

Более того, его детей рождённых от майянской женщины – первыми мексиканцами. Народа смешанного происхождения, в венах которого, в равной степени течёт индейская и… испанская кровь.


[1]     − https://disgustingmen.com/history/gonzalo-guerrero/?ysclid=lm4gvznnga579387603

[2]     − «Утомленные дневными трудами и заботами парубки и девушки шумно собирались в кружок.» Н.В.Гоголь. Толковый словарь Д.Н. Ушакова.

[3]     − это целый пласт испанской истории, связанный с освобождением полуострова от мусульманского владычества.

[4]     − Кабальеро (буквально: всадник, рыцарь) — в Испании X—XVI веков дворянин, богатый или родовитый человек.

[5]     − Католический монах в сане священника, а также католический священник вообще.

[6]     − Господином.

[7]     − https://dzen.ru/a/ZJauDP3jwF1PmfEK

[8]     − Гладкоствольное, дульнозарядное ружьё с фитильным замком, один из первых образцов ручного огнестрельного оружия.

Прочитано 112 раз
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии
Вверх
Top.Mail.Ru