На основе реальных событий
Последняя четверть девятнадцатого века. Подножье одного из хребтов бескрайней Сибири
— Господа хорошие, хоть что со мной делайте, хоть деньги великие предлагайте, а вверх я, того, ни-ни. Потому как к месту мы пришли колдовскому, проклятому. Лучше уж, пока солнце за него не скрылось, обойти сию преграду стороной. Ей-богу, так оно безопаснее будет! — при этих словах здоровенный проводник, нанятый сотрудниками геологические партии трижды осенил себя крёстным знамением и, почему-то отойдя в сторону, трижды плюнул в сторону хребта.
Посоветовавшись, геологи решили внять советам бывалого и начали обустраивать место предстоящего ночлега.
Утро следующего дня
Руководитель экспедиции Александр Григорьевич Голышев, что есть силы, тормошил разоспавшихся на еловых ветках геологов:
— Да вставайте же вы, черти! Хватит дрыхнуть! Наш проводник исчез!
Тудыт его растудыт!
Крепкие парни неохотно покидали царство Морфея1. Сказывалась усталость от многокилометрового перехода по чащобам и буреломам.
Спешно организованные поиски проводника почти не дали результатов. Почему почти - да потому, что на стоящем поодаль камне была найдена записка, начертанная корявым почерком: «Христом богом прошу. На хребет не взбирайтеся! Худо будет. А лучше, того, как проснётися, возвертайтеся назад, коль жисть дорога! Засим, прощевайте и зла на мене не держите».
За утренним чаем единогласно было принято решение — безымянный хребет, всенепременно покорить! И лишь после этого «возвертаться» в деревню.
На то, чтобы добраться до вершины, геологам понадобился весь световой день. Но то, что они увидели там, было выше их понимания! На самой высокой его точке стояла небольшая, и наглухо заколоченная кабинка.
— Из добротного кедра срублена, — внимательно рассматривая строение, молвил Голышев, прикручивая на переносную треногу громоздкий фотоаппарат.
— Выглядит чудаковато и чужеродно, — согласился один из геологов, — Григорич, гвозди проржавевшие выдирать будем? Внутрь зайдём? Интересно же!
— Ну ежели, все тут смелые, нечистого «небоитеся», тогда, конечно. Только вот солнце уже того, луне свою смену передаёт. Спускаемся или здесь вечереть остаёмся? — Усмехнулся Голышев, прекрасно понимая, какой ответ он услышит.
На всякий случай кинули жребий, кому и сколько нести вахту, и поддерживать «благодатный» огонь2.
***
С рассветом дружно принялись за работу. Разблокировка дверей заняла не один час, но она того стоила. Помогая друг другу, геологи всё же одолели массивное препятствие в виде разбухшей от влаги дубовой двери. И войдя, остановились в нерешительности.
В самом центре избы стоял... стеклянный шар, удерживаемый металлической подставкой.
Через некоторое время, когда глаза немного привыкли к тусклому освещению, они обнаружили, что от «магического шара» во все стороны тянутся тонкие, окисленные до зелёного цвета, медные провода. Дойдя до стены, они, повернувшись на девяносто градусов, уходили вверх, к крыше загадочного строения.
Голышев, не мешкая, соорудил, что-то отдалённо напоминающее лестницу и словно заправский альпинист взобрался на крышу.
— Они прикручены к острому металлическому шпилю3 — кричал он вниз, — обязательно зафиксируйте это в нашем походном журнале и подайте сюда карандаш и блокнот, я всё зарисую.
Сутки спустя
Александр Григорьевич и его спутники были людьми достаточно образованными для своего времени, но понять, как эта штуковина работает, не смогли. Тщательно обшарили все близлежащие окрестности, но ничего похожего на батарею или какое-либо иное устройство способное вырабатывать электрический ток, не обнаружили.
На ночь решили дверь в хижину, на всякий случай, закрыть. И обомлели! Шар в лучах заходящего солнца стал еле заметно пульсировать и излучать тусклый свет.
Две недели спустя. Затерянная в тайге деревенька
За солидное щедрое вознаграждение и хорошенько приняв на грудь, местные охотники, всё же поведали геологам, что о существовании этой избушки, да и других, подобных кабинок им известно! Но стараются обходить места их расположения, десятой дорогой4.
А между тем, нашёлся один словоохотливый дед, который, довольно крякнул и вытерев рукавом рубахи рот, отозвал Голышева в сторонку и, «нахально» истребовав с него катеньку5, заплетающим языком поведал:
— Бывали в моей жизни пара моментов, когда я от отчаяния великого, просил у того шара помощи. Первый раз, когда в лютый буран угодил. Всё, думаю, крышка. И тогда из последних сил полез на вершину того хребта. Вторый раз — от отчаяния за здоровье супружницы своей...
— И как же ты с этим шаром общался, какие слова говорил? — перебил его Александр Иванович.
— А неча ему наши людские слова говорить. Он и без их, всё понимает. Пришёл, как и положено осеменил себя троеперстием, да и положил ладонь на него. Хотел было словами просьбу изложить, открыл уже рот, да чую в тайге, как-то тише стало! Угоманивается, значит, буран.
Ну а с жинкой и того проще. Постоял возле него, правда, честь по чести, шапку, как в церкви, с головы сорвал. Да и домой потопал. А там все мои домочадцы суетятся и улыбаются. Надо же, дохтур, аж из самого города к нам в этакую глушь добрался. Что-то там в его карете сломалось. И пока наш кузнец её чинил, он, того, и мою жинку, того, тоже подлечил. До сих пор жива, вон там, внуков гоняет, никакого спасу нет от их трескотни.
Кто, когда и зачем построил эти избушки? Я искал ответ во Всемирной паутине, но так и не нашёл. Наверное, просто не повезло. Вполне возможно, что они есть, но хранятся в специальных архивах, за «семью запароленными замками». В свободном же доступе о них говорится очень лаконично:
Первое — это бредни суеверных людей.
Второе — кабинки — ни что инок, как наследие развитой цивилизации, которая когда-то обживала эти земли.
***
На этом я хотел было закончить свой рассказ. Но вдруг вспомнил, что в Великобритании был найден в земле чёрный камень, удивительной формы.
Небольшой, всего сантиметров тринадцать, с многочисленными углублениями различной глубины и формы. Английские учёные тут же предположили, что это — старинное украшение или, как вариант, — его часть.
На этом всё дело и закончилось бы. Стал он обычным, музейным экспонатом. Но истина всё же восторжествовала. Недавно удалось выяснить, сей предмет — банальная сапожная наковальня. И много веков назад использовалась для ремонта обуви.
К чему я это? Да к тому, что и наши избушки с шарами внутри, ждут своего часа и когда-нибудь, он таки, настанет!
***
1— фразеологизм, который означает сон, сновидение. Выражение связано с древнегреческой мифологией. Морфей — бог сновидений.
2— Одним из немногих чудес Православной Церкви, являемых ежегодно в известное время и в известном месте, является Благодатный огонь.
3— спустя десятилетие подобные шпили стали везде называть — антеннами.
4— избегать встречи с кем-либо или чего-либо, стараясь держаться на максимально возможном расстоянии.
5— народное название сторублёвой банкноты, которое закрепилось в дореволюционной России.