Воскресенье, 30 ноября 2014 12:59

Вначале было Слово

Автор
Оцените материал
(3 голосов)

       Знаете, бывает так, выйдешь из дома в ближайший магазин, отлучишься то всего минут на пятнадцать – двадцать, а мысли заведут так далеко, что, придя, домой чувствуешь себя так, как будто вернулся из далекого путешествия.
       Я спешила в аптеку, за угол соседнего дома. Дочка свалилась с велосипеда, разбила коленки, локти, губы. Промыв, ей раны, наревевшись вместе с ней и успокоившись, побежала за антибактерицыдным пластырем, оставив лежать её на диване.
       Дочке только девять лет, а я уже поседела с ней. А сколько еще надо сил, терпения и здоровья, пока она вырастет.
       Когда увидела её в кровоподтеках, ссадинах, всю в пыли, с разбитыми губами, с которых капала кровь, то первая мысль схватить её и трясти, как грушу, крича от отчаянья:
— Варька! Сколько раз говорить! Сколько раз! Не гоняй на велосипеде! Береги себя, будь осторожной!!! — 
Но сдержала себя! Боже мой, сдержала себя! Раньше бы налетела коршуном, обозвала бы неуклюжей и бестолковой и, обрабатывая раны, все зудела бы, что она растяпа и если не умеет кататься на велосипеде, то нечего на него и садится. Раньше бы…
       Но вспомнила Марию Николаевну, да или попросту тетю Машу. Встретила её в начале лета и до сих пор она у меня перед глазами стоит.
Лет пятнадцать назад, когда я еще только школу закончила и провалилась в институт, она меня на работу к себе устроила, помощником в отдел кадров, и я там целых пять лет отработала, и институт закончила. Кажется, это и не со мной было. Кажется, я сразу родилась большой и вышла сразу замуж.
       Если бы тетя Маша меня тогда не окликнула, я бы никогда её и не узнала, да и, узнав, навряд ли решилась бы заговорить.
       Знаете, как бывает, не видишь знакомого человека несколько лет, иногда даже вспоминаешь, а вот встретишь на улице, вдруг отвернешься и пройдешь мимо, не поздоровавшись. У меня такое было с учительницей. Вот учила нас шесть лет, была классным руководителем, а, встретив на улице меня, уже замужнюю даму, вспыхнула глазами, узнав меня. А я прошла мимо быстрым шагом и не поздоровалась. А сама спиной почувствовала, что Татьяна Васильевна даже шаг замедлила, вспоминая мою фамилию. И почему я не приостановилась — не знаю. До сих пор вспоминаю об этом с сожалением. Хотя сколько было подобных случаев.
       А тут тетя Маша сама:
— Тонечка! Это ты?! Господи, тебя и не узнать— похорошела!
А я смотрю на пожилую женщину в сером, длинном платье, с туго завязанным на самый лоб белым платочком и силюсь вспомнить: «Кто же это?» Видела, как артисты меняют имидж, но тогда — два месяца назад даже и не могла представить такого в жизни.
       Мария Николаевна была очень видной белокурой дамой. Одевалась с иголочки, мужа и сына держала в ежовых рукавицах, как никак начальница отдела кадров крупнейшего завода. А уж без накрашенных губ и подведенных глаз я её и не видела никогда. А тут, серенькая, как монашка старушонка. Попросила присесть с ней на скамеечку, а я на рынок собралась, Варюшке, себе и мужу на лето что-нибудь прикупить. Да так до обеда и просидела с ней на скамеечке…
       Если что-то подобное мне рассказали бы до того, как я встретила тетю Машу, я бы никогда и не поверила. Первые минуты я просто сидела и не могла соединить воедино, тот образ, который знала, с тем который видела.
       — Ты Тонечка, не смущайся меня, меня кто раньше знал, часто смущаются, а ты не смущайся. Я вот увидела по твоим глазам, что тебя еще спасти можно, вот и решила окликнуть, а если бы не увидела бы этого, то мимо бы прошла.
       Ты же помнишь, у меня сынок был Мишенька. Он тебя на лет пять или шесть помладше был. Ты тогда замуж собиралась, а он в армию. Да вот никакие связи не помогли — попал в горячую точку, и воевал…
Нет, нет, Тонечка, вернулся, вернулся домой, да запил, сильно запил…
       Я пыталась устроить на работу, муж пытался —больше полгода не задерживался нигде. Ни семьи, ни детей. Друзья да компании, и из дома стал воровать, то деньги, то вещи. Восемь лет мы с мужем мыкались. Ведь когда был маленький, совсем другое виделось: семья, работа, карьера, каждый мечтает своему ребенку самое лучшее.
       То, что тебе сейчас расскажу, Тонечка – запомни! Кому расскажешь потом или нет твое дело, Господь все управит.
       Два года назад я на пенсию пошла. Провожали меня шумно, это перед Новым годом было, зимой. Решили у меня и Рождество потом отметить. Ты же знаешь, у меня квартира большая была, вообще праздники обещали быть затяжными. Привез меня муж домой, а там Мишенька уже пьяный храпит – Новый год за неделю отмечает. Я в сердцах ремень взяла и давай его хлестать: «Ах ты, сукин сын, – говорю, — что же ты по человечески не живешь, что как скотина напиваешься». Хлещу его и пряжкой, и так, а сама все кричу: «Ах ты, сукин сын, нас с отцом позоришь!» Кое-как успокоилась, валерианки напилась, валокордина и ушла к себе в спальню, а Миша так и не очухался, только мычал, что-то не членораздельное. Муж тоже перенервничал, выпил снотворное и дремал уже. А я еще полночи все не могла успокоиться, все ругала и ругала мысленно своего сыночка, и казалось, что сердце закипит от обиды, огорчения, досады и не сбывшихся мечтаний о сыне.
       Не заметила, как, но уснула все-таки. Проснулась от холода и подумала: «Кто это умудрился форточку открыть?» Хотела ночник включить, да что-то чувствую не так, а глаза еще не открыла. А когда открыла, то просто обомлела, не пойму ничего, лежу на улице, в какой-то подворотне. Снег падает, звезды на небе яркие, внутри просто ледяное все от страха и холода, еще мысль промелькнула, что может это все сон? Надо думаю себя ущипнуть, смотрю и не верю – вместо рук у меня лапы!
       Тонечка! Вижу себя собакой! Старой, паршивой собакой. Мысли от ужаса текут медленно, и даже сообразить ничего не могу. Думаю, наверное, наркотики какие-то и у меня глюцинации. Открыла рот, вернее — пасть, что бы сказать: « Что со мной!?» А вместо слов лай, на этот лай вышел из-за мусорного бака щенок. И я вижу в нем сына своего, а в самом помойном баке еще собака роется, объедки собирает – это муж мой! А у меня от этого кошмара шерсть дыбом встала и я мысленно кричу: «Господи! Да, что же это?!!»
       И вдруг, Тонечка, тьма ночи раскололась! И на до мной свет! Свет Господний! И голос, голос, говоривший в каждой клеточки моего тела:
«В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было БОГ.
Оно было в начале у Бога, 
и без Него ничего не начало быть, что начало быть. 
В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков.
И свет во тьме светит, и тьма не объяла Его».
       И как калейдоскоп в голове моей закружились слова, все, что говорила я за жизнь свою, с самого рождения до того момента, когда крикнула на сына – сукин сын. И за всю свою взрослую жизнь не нашлось ни одного светлого слова молитвы, чтобы я произнесла сознательно. Только в суете разговора вспоминала иногда Господа. А слова, как камни наваливались на меня, и я визжала, как собака, как сучка, в которую летели и летели черные, как камни слова. Думала все! Это последнии мгновения моей жизни… И вдруг когда те слова, что я произнесла последними, летели мне в висок, что-то закрыло мне голову. Я от страха зажмурилась, а когда открыла глаза, то прочитала молитву, что спасла меня. Это была детская молитва, та, что когда то я читала еще будучи маленькой, маленькой девочкой:
“Отче наш, Сущий на небесах, да святится имя Твое,
Да приидит Царствие Твое, да будет воля Твоя
И на земле, как на Небе».
       Она и спасла меня. Очнулась я дома у себя. Смотрю на себя и не верю – руки, ноги, все на месте. Рядом муж спит, в соседней комнате сын пьяный храпит. Тело все ломит, как у побитой собаки, а синяков не видно.
       Тонечка, бросилась я искать, где бы перекрестится мне, да в доме ни одной иконы нет, хоть все крещеные. А, как вспомнила, что со мной было, так и залилась слезами о своей никчемной и грешной жизни.
       Десять дней безутешно плакала, ни пила, ни ела. Муж и "скорую" вызывал и психиатров, а как я им скажу — язык мой не поворачивался. А как просохли слезы немного, пошла в храм. Крестик купила, молитвослов и, как немая написала на листочке бумаги: «Что мне делать? Первый раз после крещения в храм пришла». Батюшка, как прочитал, так и зацокал языком: «У-у, — Говорит, милая, приходи-ка ты завтра пораньше на исповедь, а сейчас то уже и вечерняя служба давно кончилась». 
       А утром меня муж в психушку отправил… И полгода, Тонечка, я так и провела в больнице. Благо, что при больнице церковка была. Прочитала много литературы духовной, и Евангелие первый раз прочитала, там в больнице. Да так и не расстаюсь с этой святыней. Там и причастилась и исповедовалась. На исповедь приготовила три листа грехов своих, думала рот то не откроется, да только все сама смогла сказать. 
       И молилась, молилась все за себя, за сына, за мужа. Слезно просила Господа нашего Иисуса Христа спасти душу мою окаянную, да душу моего дорогого сыночка Мишеньки…
       А когда из больницы вышла, все, что было ценного продала, да раздала. И по монастырям отправилась паломницей, и везде просила - молится о спасении души моего сыночка. Ведь одна детская молитва уберегла меня от погибели, а Мишенька мой, даже в детстве никогда не читал молитв, а уж тем более, когда вырос. А перед глазами стоял тот облезлый щенок, и я все боялась, что так и останется он сукиным сыном.
       Вернулась домой через шесть месяцев. Сын пить бросил! Муж отремонтировал старенький автомобиль, и они теперь частенько вместе на рыбалку ездили. А вначале меня не узнали, и домой не хотели пускать, а когда пустили, притихли оба. Не знали, как со мной разговаривать. А уж я молилась о том, чтоб Господь устроил нашу встречу. И слова сами полились, ведь год не разговаривала с самыми близкими мне людьми. Целые сутки из дома не выходили, все наговорится не могли. Был четверг, решили на завтра в храм поехать все вместе. Сынок сказал, что с отцом заедут в автосервис на минутку и потом за мной поднимутся. А я уж раньше их поднялась — на молитву. Уехали мои дорогие. Время возвращаться, а их все нет, а потом звонок, и это сообщение – авария – оба в больнице в тяжелом состоянии. Я сразу в монастырь звонить, где послушницей была, там мой духовный отец. Все ему говорю, что случилось. Он мне отвечает, что будем, молится с тобой, Мария, чтоб в сознании были и смогли принять Святых даров. Ты говорит езжай скорей в больницу, а я как управлюсь, завтра у тебя буду. В субботу батюшка их в первый за всю жизнь исповедовал и причастил, а в воскресенье они отошли ко Господу….
       Вот и еду я, Тонечка, из монастыря своего на дорогие моему сердцу могилки, уж, как полтора года они домой к Господу вернулись. А ты не плачь, не плачь об них, детка, а помолись. На сороковой день ведь они мне приснились, оба светлые, в пояс мне поклонились, спасибо сказали за все, сказали, что будут ждать меня.
       Если тронул тебя рассказ мой, и не убежала от меня сразу, как от сумасшедшей, Господь спасет тебя, ты только не забудь, что все от Бога.
В церковь сходи и ко мне в монастырь приезжай, посмотришь, как я живу. Помолишься. С дочкой приезжай, с мужем, мы всем рады!

       Через пятнадцать минут я была дома, еще успела забежать в магазинчик:
— Варюш, ну ты как себя чувствуешь? А я тебе торт мороженое купила, сегодня и день не постный — четверг. Так, что вставай с дивана. Пойдем трапезничать, как матушка Мария говорит.
       А про себя подумала, Слава тебе Господи, что отвел погибель от моей дочери Варвары, и не разбилась она вдребезги на своем лихом велосипеде. Слава тебе Господи, что смилостивился над нами Господь и допустил до монастыря всей семьей, где мы всей семьей впервые рыдали от сознания своей греховности на исповеди, где смогли принять Тела и Крови Господней, по милости превращенной в вино и хлеб. Слава тебе Господи, что открыл наши сердца к вере и спасению душ наших. 
       Слава Богу, за все!


Прочитано 688 раз

Последнее от Альбина Янкова

Другие материалы в этой категории: « Мечта сбылась Святой Николай вразумил »

4 комментарии

  • Комментировать Albina Yanko Понедельник, 01 декабря 2014 18:32 написал Albina Yanko

    Тамара, благодарю за отклик.
    С теплом души.

  • Комментировать Тамара Малеевская Понедельник, 01 декабря 2014 10:53 написал Тамара Малеевская

    Да... молитва матери и со дна моря поднимет, и к Богу вернёт. Спасибо, Альбина!

  • Комментировать Albina Yanko Воскресенье, 30 ноября 2014 19:04 написал Albina Yanko

    Спасибо Елена за отклик. Рассказ был написан более 10 лет назад, рада что и со временем задевает струны души и заставляет задуматься или переживать.
    с теплом.

  • Комментировать Елена Русецкая Воскресенье, 30 ноября 2014 18:16 написал Елена Русецкая

    Очень тронул меня ваш рассказ, Альбина,
    спасибо

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии
Вверх
Top.Mail.Ru Яндекс.Метрика