Версия для печати
Понедельник, 05 июня 2017 15:23

СИМОН КИРЕНСКИЙ

Автор
Оцените материал
(0 голосов)
СИМОН КИРЕНСКИЙ

- Крест назарянина был не тяжел. От дома
Агасфера я шел с ним до Голгофы
вослед за Иисусом и не знал
тогда еще, что предо мной – Христос,
хотя в тот день мне кое-что открылось…
Чужая боль – она и есть чужая,
но человек отличен от скотины
тем, что способен сопереживать.
А я тогда утратил человечность.
Я сознавал: идущий впереди
идет на казнь. Пусть даже он виновен,
но это казнь, а не пасхальный пир.
Я сознавал, но на краю сознанья.
Меня ж всего переполняла… РАДОСТЬ!
Я в жизни не испытывал такую
ни до, ни после. В каждой мышце тела,
когда мне крест на плечи возложили,
я ощутил такое ликованье,
что невозможно передать в словах...
Ни тяжести креста, ни ног не чуя,
я будто плыл, когда у Эфраимских
ворот споткнулся на одно мгновенье
и тут же встал. Никто и не заметил,
но я-то знаю точно. Это было.
Я падал и вставал, а крест висел.
Висел! Висел! Невидимые руки
его держали над моей спиной.
И ликованье с ужасом смешалось.
Я огляделся. Божий Сын согбенный
шел, тяжело ступая, впереди,
и на своих израненных плечах
нес этот мир. Кричащую толпу,
солдат с центурионом, двух зелотов,
мою жену, моих детей, меня
Он нес один. Лишь крест держал Отец…
Прочитано 403 раз
Дмитрий Казарин

Последнее от Дмитрий Казарин

7 комментарии

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии