Мы думаем, что время рукописных книг давно прошло, однако оказывается, что еще сравнительно в недалёком прошлом в монастырях, как и в стародавние времена книги зачастую писались вручную. Одна такая книга попала мне в руки из архива Николо-Пешношского монастыря, датированная серединой 19 века и написанная иеромонахом Иеронимом (в схиме Иоанном). Главы из неё я предлагаю вниманию читателя.
Назидательные повести
(монашеские)
Из летописи Николо-Пешношской обители (середина 19 века)
Азъ, Iеромонахъ Иеронимъ, по прожитии многих лет в обители Пешношской, в моей памяти, аки в библиотеке, много накопил разных событий, виденных и слышанных, полезных и неполезных. Перебирая все их в памяти своей, иные из них, правда, нельзя сделать гласными, да и само благоразумие заставляет то покрывать молчанием, я делюсь только такими повестями, которые мне казались не противными моей совести, потому и задумал здесь поделиться давно сказанным. Ибо время прошедшее всегда может служить для нас поучением.
I.
В начале полагаю нечто о себе. Когда я был в новоначалии, в 1828 году, тогда некоторого дня, по утрени, по обычаю лёг я почити и, едва задремав, почувствовал приближение душевного врага, который входил ко мне в келью (в виде брата моего родного), и на мои ноги сел. Я тогда, хотя и знал, что это не брат, а бес, но не оробел и с ног его столкнул, но он опять садился на них и подвигался к коленкам. Тогда я, оттолкнувши его, встал с койки и начал с ним бороться. Но одолеть его не в силах был, поелику он был очень вертляв. Даже и сам от него побеждался, и оттого приходил в робость. Но скоро вздумал молитву творить: «Богородице Дево…». Тогда бес оный вдруг обезсилил и повалился на пол, и я его, лёжа, начал сильно бить рукою по мягкой шее, и на каждый удар приговаривал молитву сию, по слову: «Богородица (удар) Дево (удар) радуйся (удар) Благодатная (удар) Мария», и проч. Но когда оканчивал молитву, тогда паки он восставал и усиливался одолевать меня. А как только начинал я молитву, то он опять падал под меня. И так, долго мы один другого побеждали; на том я и проснулся с трепетом сердца, только не заметил, на которой стороне было одоление.
Сие сновидение мое предъявило мне то, что жизнь моя должна быть борительная, и буду побеждаться я и побеждать врага, страстьми борющего меня, не своею силою, но помощью Богоматери, но только неизвестно, в чём застанет меня смерть. Много назидательного мог бы найти всякий человек в разных событиях своей жизни, если бы замечал то в известное время со исследованием Истины. Я не признаю добром и то, что, по мнению моему, есть хорошо, покуда то не будет засвидетельствовано от иных благочестивых и благоразумных людей.
Два брата по духу и по намерению, из учеников великого старца Паисия Молдавского, оба проживали уединенно в разных кельях на Украине, и по прошествии некоторого времени один из них начал слабеть и увлекаться страстями, а другой оставался твёрдым и даже уговаривал увлекшегося друга противоборствовать гибельным привычкам. Спустя несколько времени целомудренный оный брат по окончании своего обычного правила погрузился в тонкий сон. И видит в таком положении при тамошней реке Ирдин двух сидящих эфиопов, будто бы ловящих рыбу, но при сем занятии они поощряли к ловле один другого, и на крючки надевали вместо червей то деньги в мешке, то вино в бочонке, но ничего на то не поймали, и, наконец, один из них на крючок свой посадил девку и погрузил в реку. Когда другой при этом спросил, не попалось ли что на крючок, по ответ был: «Попалось!». С этими словами эфиоп вытаскивает из воды в полном облачении монаха, держащегося руками за девку, в котором брат, видевший сон, заметил своего друга и тут же пробудился в страхе. Немедленно пошёл он посетить брата своего, пойманного эфиопом. Достигает кельи его и слышит в ней плач женского голоса и стал в недоумении, и потом, войдя, очам его представилось ужасное и горестное зрелище, ибо он нашел брата своего уже мертвым, лежащим в жалостном безпорядке. Женщина, с которой он беззаконно согрешил, сидела в страхе и плакала над ним. На вопрос вошедшего брата она ответила, что была покойному родная племянница, пришедшая его благонамеренно посетить. Но в ночи враг возжег его нетерпимою похотью на нее, и насильно с угрозами он привлек ея к соединению, и на деле греховном поражен был внезапною смертью. Аминь. Оное событие, сказывал мне старец мой, отец Виссарион, являет, что нас, иноков, дьяволы более всего уловляют в погибель сими тремя страстями: сребролюбием (самолюбивых), пьянством (горделивых) и блудодеянием (тщеславных). Ибо жена - страшное орудие в руках дьявола на целомудренного инока. Сим великую преграду творят всем, хотящим входить целомудренно в невидимый мiр. Ей.
(Продолжение следует)
